Исламские финансы часто описывают через то, чего в них нет: нет процента, нет туманных условий, нет игры на удачу. За каждым «нет» стоит арабский термин — риба, гарар, майсир. Понять их проще всего на бытовых примерах, а затем посмотреть, как эти принципы работают в сделках платформы.

Риба: деньги не должны рожать деньги

Риба — любая надбавка за сам факт пользования чужими деньгами. Одолжили 10 000 ₽, вернули 11 000 — лишняя тысяча и есть риба: она заработана не трудом и не риском, а временем ожидания. На этом же принципе построен банковский кредит: банк даёт деньги в рост, и долг растёт независимо от того, как идут дела у должника. Ислам разделяет две вещи, которые внешне похожи: торговлю, где прибыль вознаграждает реальную деятельность, и ростовщичество, где деньги «работают» сами по себе. Первое дозволено, второе запрещено.

Поэтому в мурабахе наценка дозволена: продавец купил реальный товар, владел им, нёс риск и честно объявил цену. А в мушараке инвестор получает долю фактической прибыли — и делит с партнёром убытки, если год не задался. Доход всегда привязан к активу, труду или предпринимательскому результату, и никогда — к голому времени пользования деньгами.

Гарар: неясность, под которой нельзя подписываться

Гарар — чрезмерная неопределённость в существенных условиях сделки. Классические примеры из фикха: продажа рыбы, которая ещё в море, урожая до посева, товара, которого продавец не видел. Бытовой аналог — договор, где не зафиксированы цена, предмет или сроки: «потом решим», «по ситуации». Такая сделка — спор, отложенный на будущее, и шариат её запрещает: каждая сторона должна ясно понимать, что отдаёт и что получает.

При этом гарар не запрещает предпринимательский риск. Открыть вторую точку кофейни, не зная будущей выручки, — дозволено: неопределённость здесь относится к результату бизнеса, а не к условиям договора. Запрещена именно мутность самой сделки. Граница проходит просто: риск «получится или нет» — часть жизни, риск «а что я вообще подписал» — гарар.

Майсир: выигрыш за счёт чужого проигрыша

Майсир — азартная игра и всё, что устроено по её логике: лотереи, тотализаторы, пари, спекуляции, где заработок строится на голой случайности. Отличительный признак — нулевая сумма: выигравший забирает ровно то, что потеряли остальные, и никакой ценности в мире не прибавилось. Инвестиция устроена наоборот: кофейня варит кофе, экскаватор копает, производство отгружает товар — прибыль рождается из созданной ценности, и выиграть могут все стороны сразу.

Как платформа избегает всех трёх

Против рибы работают сами структуры сделок: мурабаха, мушарака и иджара привязывают доход к товару, партнёрству или аренде — начислений «за время» здесь нет в принципе. Против гарара — фиксация существенных условий: наценка и график в мурабахе, пропорции прибыли в мушараке, платежи и обязанности сторон в иджаре прописаны до подписания. Против майсира — скрининг по стандарту AAOIFI № 21: проекты с выручкой от азартных игр и подобной деятельности не проходят шариатский аудит учёного совета.

Три запрета — не список ограничений ради ограничений, а каркас экономики, в которой деньги обслуживают реальное дело, договоры прозрачны, а прибыль одного не строится на разорении другого. Всё остальное в исламских финансах — включая инструменты ИМИП — выводится из этих трёх принципов.